Цветовая схема: C C C C
Размер шрифта: A A A
Изображения:
  • 671450 село Кижинга Кижингинского района Республики Бурятия
  • +7 (30141) 32-1-09
  • reception@kcrb03.ru

ГАУЗ "Кижингинская ЦРБ"

Как медики Кижингинской ЦРБ боролись со вспышкой COVID-19?

2 Июня 2020 02:06

Количество просмотров: 238

Как медики Кижингинской ЦРБ боролись со вспышкой COVID-19?



Номина Соктуева

3506


Весь май внимание всей республики было приковано к Кижингинскому району

28 апреля в районе зарегистрировали “нулевого пациента” - казалось бы, этого не избежало большинство районов республики, однако именно в Кижинге события разворачивались стремительно, масштабно. Зараженный, проигнорировав самоизоляцию, которую соблюдали на тот момент жители Бурятии, широко общался с другими людьми: родными, друзьями, соседями… Круг контактных оказался огромным, соответственно, и заразившихся от него оказалось очень много.

По опыту других стран мы видим, что, если упущен первый, ключевой момент, вернуться в исходное состояние очень сложно, если не невозможно совсем. Однако спустя менее чем месяц очаг распространения ликвидирован. Распространение удалось остановить титаническими усилиями медиков района.

О том, как COVID-19 пытался расползтись по всему району, своевременных мерах защиты медперсонала и тонкостях борьбы с неизвестным вирусом, – в материале «Информ Полиса».

«Защищаем себя, чтобы спасать других»

Главный врач Кижингинской ЦРБ, кандидат медицинских наук Вячеслав Максаров рассказал, что контроль за ситуацией с коронавирусной инфекцией начался еще в марте, когда в республике появились первые зараженные. В районе контролировался поток прибывающих из-за границы и других регионов России. Большой поток из-за рубежа, в первую очередь из Кореи, - это одна из особенностей района, и врачи Кижинги одними из первых столкнулись с этой данностью.

- Они, как положено, находились 14 дней на карантине, сдавали анализы на COVID-19. Среди них, слава богу, положительных не оказалось, - говорит Вячеслав Содномович. – Было ясно, что рано или поздно вирус проникнет в район. Мы, советские  врачи, проходили подготовку как специалисты «двойного назначения». Нас готовили начальниками медицинского пункта полка (МПП). Поэтому мы готовы к сортировке пострадавших в случае массового поражения и, самое главное, к оказанию медицинской помощи в военное  и мирное время в случаях массового поражения или заболевания. Эти знания и навыки, привитые в нашей альма-матер, с лихвой пригодились в данной ситуации. Сортировка пострадавших в мирное время называется маршрутизацией больных. Наш инфекционный стационар работал как сортировочный пункт полка для оценки состояния, оказания помощи и решения по дальнейшей эвакуации больного в «тыловые госпитали». Вот уж воистину не знаешь, когда пригодятся знания! Тем более по военно-полевой медицине. Мы понимали, что раз защитить от вируса страну, республику и район не получается, то последний рубеж обороны – это наша больница.

Пока вирус не распространился среди населения района, главврач ввел карантинные мероприятия в подразделениях  и на центральной базе ЦРБ еще со 2 апреля. Были запрещены свободные перемещения сотрудников и больных в стационаре и поликлинике, организованы санитарно-пропускные пункты на входах, установлены переговорные устройства. Была задействована дополнительная «грязная» бригада “скорой помощи” для обслуживания больных с подозрением на инфекцию. Амбулаторная помощь оказывалась строго по записи и по времени, не допуская скопления людей. Максимально организовали помощь на дому, осмотр врача, забор анализов, ЭКГ и даже рентгенологические исследования. Незадействованный персонал отправлен в отпуска, старше 65 лет - на изоляцию по больничному листу. Особо «ценный» медицинский персонал был разделен по времени, чтобы исключить одновременное контактирование в случае возникновения очага в больнице. Это операционная бригада, хирурги, анестезиологи, акушеры-гинекологи и т. д.

- Все, чтобы свести к минимуму контакты на случай выявления больного с COVID-19. В результате предпринятых мер удалось свести к минимуму заражение персонала больницы. Тогда само собой сложился слоган: «Защищаем себя, чтобы спасать других», - объясняет Вячеслав Максаров. - В инфекционном стационаре мы развернули «резервный» приемный покой для больных с подозрением на коронавирус, т. е. неблагополучным эпид-анамнезом: с повышением температуры тела, явлениями ОРВИ и так далее. Здесь работает свой врачебно-сестринский персонал, установлен палатный рентген-аппарат. Конечно, это потребовало дополнительных финансовых расходов и людских ресурсов, но, я думаю, это было сделано очень своевременно и правильно.

В плену традиции

В Бурятии были введены режим самоизоляции, социального дистанцирования, масочный режим, запрет на массовые мероприятия и организована доставка товаров. Несмотря на эти ограничения, больные в республике продолжали выявляться. И 25 апреля с диагнозом «двусторонняя внебольничная пневмония» в инфекционное отделение Кижингинской ЦРБ был госпитализирован житель Могсохона.

- Его обнаружили у местного жителя, которого обследовали в рамках мониторинга за внебольничными пневмониями, и 28 апреля у него подтвердился COVID-19. Круг контактных лиц превышал 200 человек. Основным нарушением стала наша бурятская особенность: большие семьи по семь-девять человек, проживающие в одном доме, близкие родственные отношения и большие семейные мероприятия и молебны, - вспоминает Вячеслав Максаров. – Я считаю, необходимо привлекать к ответственности тех людей, чья беспечность спровоцировала такую масштабную вспышку заболевания с человеческими жертвами. Вскоре к нам в терапию попал мужчина, который, как потом выяснилось, контактировал с заболевшим. Его тест дал положительный результат. Терапевтическое отделение пришлось закрыть на карантин, там остались дежурный персонал и больные. Абсолютно предотвратить проникновение инфекции в больницу, несмотря на предпринятые меры, невозможно. Тем более без признаков заболевания (в инкубационном периоде) и указания больного на контакты с установленным «ковидным» больным.

Чтобы быстро обследовать всех контактных лиц, в ЦРБ организовали пять сестринских бригад, которые на дому измеряли температуру, проверяли сатурацию кислорода, сообщали о состоянии больных, брали мазки на анализ. Первоначальный очаг удалось отработать буквально за два-три дня. Это огромный труд, проделанный медицинскими сестрами и фельдшерами - “пехотой” нашего здравоохранения.

- Количество контактных лиц достигало 46% от всех в республике. Мы получили положительные результаты у более чем 25% человек из круга контактных лиц. В последующем новые контакты у лиц с положительным тестом первого круга были единичными или не было новых. Почти все были из того же первичного очага. Это была приятная особенность нашего очага и результат максимального охвата всех контактных в первичном очаге. Серьезной проблемой была задержка с получением результатов анализов: на 3 - 5 дней от забора мазков на тест. При своевременном получении результатов теста была бы возможность значительно уменьшить риск распространения и быстрее ликвидировать очаг инфекции, - говорит Максаров.

Огромный очаг в нашем районе вызвал определенное беспокойство у Минздрава и главы Бурятии. По словам главврача, в министерстве предлагали любую необходимую помощь.

- Мы уже были достаточно обеспечены средствами защиты (СИЗы), укомплектованы медперсоналом. Администрация района предоставила нам две автомашины для работы бригад. Поэтому мы попросили, чтобы наши анализы делали как можно быстрее. Также попросили максимальную госпитализацию наших пациентов в другие инфекционные стационары. В итоге до 90% больных с положительным тестом удалось госпитализировать в стационары Улан-Удэ и республики, - делится Вячеслав Содномович. – На самом деле было страшно, когда колонны из пяти и более машин уходили в сторону города. Санавиация,  «скорые», микроавтобусы, легковые. Люди были напуганы и только тогда поняли масштабы и опасность происходящего. Наш обсерватор, открытый в общежитии школы-интерната, сыграл огромную роль в ликвидации очага. На пике вспышки люди сами шли пешком в обсерватор, как в бомбоубежище. Были смешные истории с самоизоляцией. Например, самоизолировавшись в отдельном домике во дворе, ходили трапезничать  или спать в большой дом с семьей. 

«Две недели пролетели как один миг…»

Врач общей практики, терапевт Галина Бурхиева подчеркивает, что при таком большом количестве зараженных сложность была еще и в том, что вирус был неизвестный.

- Запомнились первые два случая, их выявили с разницей где-то в шесть часов. В больнице все начали бегать, потому что больные были тяжелые, с пневмонией. Первое время я работала целый день до часу-двух ночи, отдыхала шесть часов, а утром  подвозили новых больных, причем по пять-шесть машин. Многих пациентов знаю, весь медперсонал им сопереживает, - говорит она. - Психологические трудности были у пациентов с легкой формой. Их вдруг закрыли, как в тюрьме. Тяжелые больные – послушные, так как им страшно за свою жизнь.

- Все старались и поддерживали, ведь работа была как в военном госпитале. Каждую минуту приезжали-уезжали машины с пациентами. Не было возможности остановиться и понять ситуацию. Мы удивляемся, как отработали эти недели, буквально на одном дыхании, - вспоминает врач. - У меня почти 40 лет стажа, долг и понимание, что так надо, дают мне силы работать дальше. Мы были уверены, что все плохое рано или поздно побеждается. Сейчас полегче стало, больных меньше. Конечно, мы уже месяц живем в больнице. Устали, тяжело, но я не представляю жизни без медицины. А когда все закончится, буду отдыхать и общаться с родственниками.

Коварство COVID-19

В Кижингинской ЦРБ отмечают, что коронавирус – это очень коварная болезнь. У зараженных появляются легкие симптомы, которые они могут и не заметить. Это небольшая температура 37 - 38 градусов, першение в горле, кашель, редко нарушение обоняния.

- Симптомы проходят, и тогда у людей появляются небольшая одышка, затруднение дыхания, дискомфорт в груди, нарушается давление, усиливаются хронические заболевания. Нередко у человека нет никаких жалоб и самочувствие вполне удовлетворительное, а мы на рентгене обнаруживаем довольно тяжелое воспаление легких, пневмонию. Такое могло быть и у пожилых людей, - объясняет Вячеслав Максаров. - На самом деле при коронавирусе это химический пневмонит, который опасен тем, что у больного до последнего состояние остается удовлетворительным, а потом легкое моментально разрушается. Пара случаев была, когда больной был в удовлетворительном состоянии, а по дороге в Улан-Удэ ему стало хуже и прямо в машине его подключили к кислороду. К сожалению, одну бабушку не удалось спасти…

Такое коварство вируса заставило врачей выезжать на дом к пожилым людям и хроническим больным с палатным рентген-аппаратом для исследования легких. Так удалось выявить около 40 пневмоний за несколько дней.

- Рентгенологическая диагностика пневмонии при COVID-19 и определение снижения сатурации кислорода - это уже поздно. Но это все, что мы могли применять в нашем случае. Даже наличие компьютерного томографа не позволило бы провести столько исследований в очаге. В итоге новый палатный аппарат не выдержал 18 снимков за день и сгорел. Пришлось на время заимствовать у коллег. Железо не выдерживало нагрузки… До 15 мая мы были как на войне. И уже несколько дней мы не получаем положительных результатов. В ходе работы была физическая усталость, а сейчас психологическое и моральное истощение. Конечно, не все было идеально. Как и на любой войне, были и дезертиры, и отказы идти к зараженным больным, увольнения, требования отпустить в отпуск… Мне только на эти выходные удалось отпроситься на побывку домой в Улан-Удэ. Жена мне сказала: «Ты как будто еще не вернулся из Кижинги, молчишь и о чем-то думаешь, ничего не рассказываешь о том, что было за эти дни». Кто воевал, тот не любит вспоминать войну, - вздыхает главврач ЦРБ.

Министр здравоохранения Бурятии после нескольких дней отсутствия положительных тестов на коронавирус 25 мая объявила о ликвидации очага в Кижингинском районе. 

По словам Вячеслава Максарова, ликвидировать очаг и остановить распространение вируса помогло несколько факторов. Во-первых, максимальная готовность медицинской службы района: заблаговременно введенный карантин в больнице, достаточное оснащение оборудованием, обеспеченность медикаментами, СИЗами  и высокая укомплектованность персоналом. Во-вторых, изначально охватили большой круг контактных лиц из первичного очага. В-третьих, в Кижинге все друг друга знают: медики знали почти всех зараженных, их родных и друзей. Круг контактов определялся моментально и с  максимальной точностью.

- Огромная благодарность нашим медсестрам, врачам, водителям за работу, за преданность выбранной профессии, людям. Хочется передать слова благодарности нашим сотрудникам, ликвидировавшим огромный очаг опасной инфекции в районе и спасшим жизнь и здоровье своих земляков, - выразил признательность Вячеслав Максаров.

А одна из последних новостей из района, разлетевшаяся по республике, - это выздоровление 90-летней бабушки из этого кижингинского очага. Как рассказывали ее родные в интервью “Информ Полису”, коронавирус у нее диагностировали, когда симптомы еще не проявили себя.